22 мая 2018
Наталья Власова: «Чтобы хорошо выучить английский язык, теперь не нужно ехать за границу»
Автор:
География: Региональные
Раздел: История успеха

В современном мире знание английского языка – такой же необходимый навык, как умение работать на компьютере. Но почему в одной языковой школе можно годами зубрить правила и так и не научиться даже объясняться по-английски, а в другой взрослые и дети начинают общаться на иностранном языке уже через несколько месяцев? От чего больше зависит результат - от наших способностей и стараний, или от квалификации преподавателей и методики?

 

Можно ли выучить язык, разрисовывая стены, почему ребёнка лучше не отдавать в языковую школу во 2-3 классе и почему для обучения иностранным языкам важнее всего единая методика – об этом мы поговорили с директором IH Voronezh-Linguist Натальей Власовой.

 

Языковая школа International House Voronezh-Linguist («Лингвист») работает уже 14 лет. Причём, четыре года назад она превратилась из региональной школы иностранных языков в один из центров международной сети школ под единым брендом International House Voronezh-Linguist. Воронеж стал одним из 158 городов мира, где иностранным языкам учат по единой коммуникативной методике, а все преподаватели «Лингвиста» прошли обучение за границей.

 

«Обучение языку идёт через общение»

 

-- Наталья, как появилась языковая школа «Лингвист»?

 

-- Можно сказать, случайно. Изначально это была не школа иностранных языков, а компания, которая занималась образованием за рубежом. Я была первым консультантом, который работал с международными школами, а моими клиентами – люди, которые отправляли детей в элитные школы за рубеж, например, в Швейцарию. Я ездила в Лондон на конференции, изучала эти школы, потом рекомендовала те или иные, помогала отправить детей на стажировки. А когда они возвращались, их родители приходили ко мне с новой жалобой: ребёнок не может посещать здесь ни языковую школу, ни тем более общеобразовательную. Потому что обучение языку там и здесь – колоссальная разница. И я поняла, что надо это менять.

 

-- И какие были первые шаги?

 

-- Мы открыли свою школу и собрали туда всех лучших на тот момент педагогов. Но здесь возникла новая проблема – у каждого преподавателя своя методика, и это приводит к сложностям и конфликтам. То есть в одном кабинете у меня дети разрисовывали стены, а в другом сидели по струнке за партами и рисовали исключительно коричневым, зелёным и оранжевым карандашами. Самое интересное, что оба метода реально работали, но в рамках одной школы хотелось найти универсальный подход. И оказалось, что такая, универсальная методика преподавания иностранцам английского языка существует, она называется коммуникативная. И мы решили двигаться туда, куда идёт весь мир. Все наши педагоги прошли обучение по этой методике за границей. В Воронеже многие школы и репетиторы вроде как по ней работают, но на самом деле не все даже толком представляют, что это такое.

 

-- В чём её особенность?

 

-- Обучение языку идёт через общение. Весь урок проходит исключительно на английском языке, при этом педагог не должен говорить больше 70% времени. Говорят сами учащиеся, причём не с учителем, а друг с другом, меняя собеседников. Это же интереснее! Особенно детям – ну о чём они будут говорить со взрослым репетитором, чтобы действительно получился увлекательный диалог?

 

-- Но в каждом языке есть правила, которые надо выучить, в английском – это те же неправильные глаголы, которые дети зубрят в школе...

 

-- Когда человек попадает в языковую среду, он гораздо быстрее осваивает язык. И при этом он не учит глаголы. Цель коммуникативной методики – чтобы фразы, структуры иностранного языка оседали в голове сами собой. Чтобы человек начал их произносить без внутреннего перевода. Детям этот метод очень подходит, особенно маленьким. Взрослым сложнее его воспринять. Многие просят – научите меня по старинке.

 

-- Почему у вас в школе два основных языка? Можно ли научить по коммуникативной методике испанскому или итальянскому?

 

-- Нет, коммуникативная методика разрабатывается для каждого языка. Причём, над этим работают серьёзные институты. Например, в Кембридже методисты занимают целое 9-этажное здании, а случае с немецким языком над этим работает институт Гёте. У нас тоже есть институт имени Пушкина, который разрабатывает методику обучения русскому языку иностранцев. Потому что пока её нет, а эффективная методика – это дело первостепенной важности!  Возможно, мы полноценно введём третий язык – французский, там тоже есть методика. А вот что касается итальянского, испанского, норвежского, португального, а также азиатских языков – там в плане методики всё пока туманно.

 

«До школы дети схватывают язык как вирус»

 

-- Вот мы и подошли к важному вопросу: в каком возрасте  отдавать детей в языковую школу?

 

-- Самый продуктивный возраст для языка – дошкольный, 4-5 лет.. Ребёнок открыт миру, его все любят, знания для него в радость, и он схватывает любую информацию как вирус. В первом классе уже посложнее. Потому что хотя в обучении пока и остаются элементы игры, это уже образование. В школе они сидят по 40 минут за партой, и у нас мы не можем позволить им лить воду, бегать и изучать язык в удовольствие. Иначе дополнительное образование окажется в конфликте со школьным. Тем не менее, если начать учить английский в первом классе, он ещё даётся легко, ребёнок может его полюбить. А вот во втором и третьем классе уже сложнее, потому что ученик будет отставать от сверстников и в школе, и у нас на занятиях. Крайний срок, когда ребёнка точно надо вести в языковую школу – 5 класс. Потом всё, уже очень сложно что-то сделать. И без индивидуальных занятий с репетитором не обойтись. Хотя по сути, репетитор не учит ребёнка языку, он помогает ему делать домашнее задание. Язык – это общение и его надо учить в группе.

 

-- А почему обязательно языковая школа или репетитор? Языку совсем нельзя научиться в общеобразовательной школе?

 

-- У нас в Воронеже только две школы, которые хорошо дают язык. С остальными беда. Раньше ситуация была лучше, работали хорошие учителя. Сейчас их забрали языковые школы или они дома репетируют. У нас два вуза готовят педагогов по иностранному языку. Из педуниверситета выходят неплохие учителя, но с обучением языку там проблемы. На романо-германском факультете ВГУ всё с точностью до наоборот. И вы можете себе представить, что талантливая выпускница РГФ пойдёт учителем в школу? Нет, конечно, она устроится в языковую школу, переводчиком, уедет в Москву или даже за границу.

 

-- А сколько времени нужно взрослому, чтобы с нуля выучить язык на более-менее приличном уровне – чтобы уметь на нём объясняться, смотреть фильмы без субтитров?

 

-- Я не знаю ответа на этот вопрос, потому что взрослые очень индивидуальны. У вас в голове разные шаблоны, ожидания, и ваше время занято другими делами. Я не могу гарантировать, что вы будете приходить на занятия три раза в неделю на занятие и исправно делать домашнее задание. Если все эти условия соблюдаются, нужно два года. Это да, долго, поэтому нужна сильная мотивация. И желательно в детстве хотя бы базу получить.

 

-- Расскажите о других проектах школы «Лингвист», помимо, собственно обучения.

 

-- Это, во-первых, «Timebridge» – языковой лагерь, мир, в котором говорят только на английском по аналогии с языковыми школами за рубежом. Сейчас всё меньше детей уезжают учить язык за рубеж. А если и едут в иностранные лагеря, то вернувшись говорят, что с нашими педагогами учить язык им нравится больше.  То есть мы их не то, что догнали европейцев, а даже перегоняем. Второй проект – «Зазеркалье». Это игровые лагеря, когда детей погружают в сказку, в мир фэнтези, и тоже с общением на английском языке.  

 

Наконец, наш театрально-образовательный проект «Шекспирия». Всё началось с фестивалей в Генте, в Бельгии. Мы организовали у себя театральную студию, ставили спектакли на английском языке и привозили их на этот фестиваль. Потом мы познакомились с Камилем Тукаевым (ведущий актёр Воронежского Камерного театра –ред.), и проект видоизменился. Понимаете в мире театральные практики – это не обучение актёрскому мастерству, это методика преподавания сразу нескольких дисциплин. Например, предмет «драма» существует в английских школах. Его цель не сделать профессиональные спектакли, а через постановки дать детям знания о литературе, истории, научить ораторским навыкам и самопрезентации.

 

На фестивале «Шекспирия», который проходит с 14 по 27 мая, 20 детей, прошедших отбор со всей области, пишут 14 маленьких пьес, а потом их ставят воронежские режиссёры. Получается такой альманах настроений подростков, тех, кто будет творить этот мир через 5-10 лет. Спектакль 26 мая смогут бесплатно посмотреть все воронежцы, но мы их делаем не для услады зрителя. А чтобы дети, участвующие в проекте, выросли. Также в рамках фестиваля пройдёт несколько конференций для заинтересованных педагогов, где спикеры поделятся своими театральными практиками для детей и с детьми. С этой целью к нам приехали известнейшие московские драматурги. А 27 мая в Центральном парке пройдёт фестивальный день – эдакий карнавал с участием городских и областных коллективов. Надеемся, нам из Вероны даже приедут «настоящие» Ромео и Джульетта, которые будут на английском читать Шекспира.

-- На Ваш взгляд, в целом ситуация с языковыми школами в Воронеже какова? Насколько они отвечают запросам воронежцев и современным требованиям?

 

-- Честно говоря, у меня сейчас нет времени, чтобы тщательно изучать рынок. Я делаю своё дело и, думаю, лучше многих. Когда мои клиенты уходят в другие школы или к репетиторам – я не считаю, что это «минус» мне. Это значит - не мой клиент. Причём, если они возвращаются, более благодарных людей трудно найти. У нас ни один из пяти центров не находится на первой линии. Мне не нужны случайные клиенты, я хочу, чтобы меня рекомендовали, чтобы меня целенаправленно искали. Лучшие учащиеся – это те, что пришли, уже имея не совсем устроивший их опыт. Они нас ни на что уже не променяют.

 

 

 

ПАРТНЕРЫ